Арт-терапия
Терапия творчеством

Арт-терапия в теории и практике



Форма входа

Логин:
Пароль:




Главная » Библиотека по арт-терапии » Арт-терапия
Роз Кэрролл

Аутентичное движение:
воплощение индивидуальной и коллективной психэ

Вселенная раскрывается в теле, которое есть ее зеркало и творенье.
Октавио Пас

"Группа людей сидит в кругу, наблюдая за 8 движущимися людьми. У тех, кто движется, закрыты глаза. Одна женщина начинает кружиться, затем останавливается. Другая внимательно исследует ладонями неровности пола. Высокий мужчина делает рубящие движения руками, как будто пытается разрезать воздух. Другой - отбивает ритм пальцами, стуча по различным частям собственного тела. Третий - катается по полу, докатился до женщины, исследующей свое окружение. Он останавливается, замирает. Она бережно касается его лица, чувствуя его форму, как бы рисуя его пальцами. Он начинает плакать. Другая женщина продолжает покачиваться, ее руки направлены вверх. Она смягчает свои движения, а затем начинает бить свою собственную руку. Барабанящие пальцы находят пол, начинаются царапающие движения. Кто-то подползает к этому человеку, начинает царапать вместе с ним, по нему. Они шипят. Еще одна женщина стоит неподвижно. Через некоторое время она делает глубокий вдох, начинает вращать бедрами, испуская протяжный глубокий крик…"

Аутентичное Движение (АД) создает пространство для проявления спонтанных движений. Оно соединяет много традиций: терапию и медитацию, индивидуальный и групповой процесс, ритуал и импровизацию. Аутентичное Движение появилось благодаря работе одного из пионеров танцевально-двигательной терапии - Мэри Старк Уайтхаус.

Структура

У Аутентичного Движения простая форма. Группа обычно делится на движущихся и наблюдателей (позднее они меняются ролями), они либо работают в парах, либо наблюдатели создают общий круг дляч всех движущихся. Никакой музыки, движущийся слушает, глубоко чувствуя, только самого себя. С закрытыми глазами легче направить фокус внимания внутрь. Движение с закрытыми глазами также символизирует путешествие в неведомое. Только в том случае, если движущийся слишком быстр или агрессивен, можно открыть глаза, чтобы убедиться, что никому не будет причинен вред. Сам процесс может не занимать много времени - 10 или 20 минут - но опыт, полученный в нем, может быть очень насыщенным, как в ярком сне.

После процесса движущийся может нарисовать или слепить из глины или рассказать словами то, что происходило с ним. Наблюдатель отвечает движением, рисунком или словами. Субъективность опыта наблюдателя подчеркивается началом фраз: "Я видел(а)… Мне казалось… Я чувствовал(а)… Я слышал(а)…". Наблюдатель не интерпретирует. В более формальной версии АД, наблюдатель говорит только о тех моментах, о которых рассказал движущийся. В этом смысле АД не похоже на терапевтическую группу, где человек идет от наблюдения к динамическому взаимодействию. Наблюдатель активен, но не реактивен. Эта роль наблюдателя поддерживает движущегося в путешествии в глубины психики.

Аутентичность и появление Cамости (Self)

"Символы самости появляются из глубин тела".
К.Г.Юнг

АД дает возможность развивать глубинное осознание, ощущение самого себя. Аутентичность - не цель, которой нужно достичь, а, скорее, постоянный процесс становления. Она обретается через глубинное внимание и смиренное ожидание. Каждый человек находит его по своему - слушая, настраиваясь, внутренние импульсы… ощущение, образ, чувство. Для кого-то она приходит как потребность выразить ритм, затем этот ритм разворачивает в незапланированное. Спонтанное движение.

Мэри Уайтхаус описывает сущность движенческого опыта как разницу между "я двигаюсь" и "мной движет". "Ощущение "я двигаюсь" идет из эго. Опыт "меня движет" исходит из реальности бессознательного. В идеале оба они присутствуют в одном моменте… это мгновение тотального осознания, где соединяются то, что я делаю, и то, что со мной происходит". На Уайтхаус повлияли ее прохождение анализа по Юнгу и творчество одного из пионеров танца модерн Мэри Вигман. Критик Джон Мартин использовал слова "аутентичное движение" в 1933 г., описывая экспрессионистские танцы Вигман: "Это внешнее проявление… идет не из интеллектуального замысла, а из чувства, проходящего через отзывчивое тело. В результате … мы видим полностью аутентичное движение, которое тесно связано с эмоциональным опытом подобно инстинктивному отклику на чувство страха".

Уайтхаус применила принцип "пропускать чувство сквозь" к своей работе в двигательной терпии, старательно избегая слова "танец", служащее для обозначения законченного продукта. Она стремилась к развитию кинестетического осознания, воплощенного внутреннего чувства. Она также использовала юнговский метод "активного воображения" для того, чтобы привлечь свободные ассоциации в движение. Это позволяет всем уровням сознания и подсознания порождать жесты. Импульсы и движения. Тело при этом становится как средством выражения, так и проигрывателем, из которого звучит музыка глубинного чувства себя".

У новичков в АД сначала могут преобладать контроль и запрет на самовыражение. Некоторые люди находят способ взаимодействия с "параличом" движения, просто терпеливо и внимательно ожидая, пока "омертвелость" не начнет таять. Другие - принимают механистичность, невозможность отпустить контроль, и затем начинают замечать, как появляется что-то неожиданное и непроизвольное. Человек чаще занимается борьбой за удержание присутствия внутри, чем проживанием "аутентичности" каждого мгновения. В выдержках из "Дневника Движущегося", приведенных ниже, есть это ощущение сознательных усилий, неподвижности и фрагментарности в начале:

"Чтобы начать, я фокусировала мое осознание на различных частях тела - замечая вначале блоки или напряжения, а затем, пытаясь высвободить их, связывая с определенными чувствами или ситуациями…
Таз - чувство, будто жужжащая энергия хочет высвободиться, слишком запретная. Чтобы позволить действие, постепенно проходящая в ноги, которые уперлись в стену и начинают толкать …
Голова - ненормальная голова - ее тяжесть тянет меня вниз, такая тяжелая, не удержать, склоняется в сторону, печаль.
Неподвижные плечи. Пыталась отпустить правую руку и обнаружила, что левая прикрывает грудь, защищая сердце.
Руки гладят голову, защищают, нежность.
Мой рисунок изображал человеческое тело, нижняя часть которого была в огне, а верхняя - была защищена.
На следующий день я поняла, что мне трудно сидеть прямо и держивать голову прямо.
Несколько недель спустя спонтанно появился образ: "петля, спущенная откуда-то сверху, которая пыталась вытащить мое сердце, управляется моим сердцем. Как только я начала говорить, я уже знала о чем это: о страсти, о страхе отдаться сердцу, потерять его, потому что оно разобьется или не вернется".


Наблюдение: осознанная ответственность перед Другим

Джанет Адлер вывела подход Уайтхаус на другой уровень. Она по-иному определила роль наблюдателя, передала ее движущимся, а не терапевтам, что было радикальным шагом. Это был первый шаг по работе с группой. Коллективным сознанием, выходом за пределы терапии. Уместно привести слова телесного психотерапевта Джона Уотерстоуна о наблюдении в супервизии:

"Говоря экзистенциальными терминами, сам факт того, что на нас смотрят является сущностью процесса существования. Личность существует (ex-ists), т.е. выделяется через динамический процесс показывания себя себе и другим. "Я" определяется (приходит к бытию)… через бытие/действие перед глазами другого, перед глазами самого себя, и в наблюдении за влиянием "я" на "другого".

Для Адлер, в АД важно стремление наблюдателя видеть ясно, тогда как у движущегося есть желание быть увиденным. Наблюдатель учится культивировать свою способность уделять внимание внутреннему опыту, замечая как то, что он видит и чувствует, создает импульсы в теле. Появление этих импульсов подтверждает "имманентный хэппенинг внутри тела". Адлер говорит о себе в роли наблюдателя: "мое намерение состоит в том, чтобы двигаться навстречу собственной пустоте, что, парадоксальным образом, приводит меня к внутренней наполненности, чувствам, мыслям, ощущениям". Наблюдение похоже на медитацию, целью которой является развитие осознания. Но критическая разница состоит в том, что внутренний наблюдатель развивается при принятии осознанной ответственности перед другим (человеком). И эта ответственность направлена в обе стороны. Адлер утверждает, что мы нуждаемся друг в друге, "чтобы ощутить препятствие на пути к воплощению целостности… : наша способность к состраданию полностью зависит от нашего опыта взаимодействия с другими людьми, наших отношений с целым".

В нашей культуре, смотреть часто означает просто сканировать окружающую реальность в поисках сильных сигналов. Продолжительный взгляд часто становится объективизирующим или вуаеристским. Часто чувствуя пустоту внутри мы можем "переесть", поэтому мы часто жадно поглощаем образы, не находя резонанса с ними или удовлетворения в них. Это огромное количество стимулов и взглядов может утомить наши глаза. Мы забываем как расслаблять глаза и взгляд и позволять образам приходить к нам. Слово "наблюдение" (witnessing) происходит от староанглийского "wit", которое охватывает значения знания и утверждения, а также чувство юмора и способность замечать неожиданных связи. Влияние наблюдателя намного больше простой благодарности, это жизненно важная функция. Это придает опыту смысл. В Аутентичном Движении наблюдатель воспринимает движущегося. Затем наблюдатель возвращает движущемуся впечатления и чувства, порожденные его движением, но говорит о них не как об истине в последней инстанции, а как о живом человеческом опыте.

Развитие, творчество, смысл

Реальность тела не дана изначально, она должна быть создана и понята.
У.Блейк

Участники АД приходят из разных областей жизни, чтобы начать эти исследования. АД не является терапией, но может питать или, наоборот, подкрепляться терапевтическим или творческим процессом. Каждый жест или поза - это зерно, содержащее новые возможности существования и действия. И благодаря вниманию, пространству и времени это зерно импульса или образа, может раскрыться свободно, без давления, без цели. В данном случае развитие - это позволение мудрости тела вести вас в этом путешествии. Содержание его часто примитивно, но одновременно тонко и сложно в своем возникновении. Также как, когда мы анализируем сны, даже незначительная деталь их может дать богатый урожай смысла и понимания. Иногда, процесс становится интенсивным потоком и выносит на поверхность глубоко хранящиеся страсти и видения; иногда, это простая радость игры и формы.

Два контрастных примера из "Дневника Движущегося":

"Обнаружила себя в позе зародыша, а затем - вращение, хаотическое, беспорядочное - калейдоскоп цветов - потеря контроля…"

"Я и К. становимся игривыми котятами - контакт и погружение в фантазию поражает. Мы толкаемся. Возимся друг с другом. Затем я поворачиваюсь и оказываюсь на ее скрещенных ногах. Мы раскачиваемся, гребем веслами, свистим, подражая ветру - путешествие на лодке. Звук "wee ahh!" становится "we are" ("мы есть") для меня, чудесное чувство единения. Затем К. ложиться на спину, и я рождаюсь из нее, сидя, но руки и ноги двигаются легко и свободно. Я чувствую покой и счастье. Даже замечая. Что К. становится усталой и раздраженной. Она отходит и издает чудовищный РЫК - я пугаюсь, дрожу, пораженная его силой и глубиной".


Внимание, уделяемое внутреннему опыту до и после процесса позволяет образам продолжать жить. Групповые действия - это энергетическая сеть, и в тоже время сосуд, вмещающий любое содержание. Адлер замечает; "Когда каждый делает то, что ему следует делать, независимо от содержания, мы замечаем в группе как в целом элементы синхонистичности". И тогда раскрываются истории конфликтов и потерь, разделения и рождения, страстей, встреч и умирания – то, что соединяет личные истории с миром архетипов и мифов.

Категория: Арт-терапия | Опубликовано 06.03.2009 | Просмотров: 1547 | Загрузок файла: 439
© 2007-2017 Наталья Кузьмина